31 января 2018 года, 15:26  |  Аналитика

В 2017 году в порядке уголовного производства на апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по уголовным делам поступило 1 359 уголовных дел и материалов, что на 4 % меньше, чем в 2016 году (1 415).

В структуре поступивших в 2017 году дел по характеру обжалованных и опротестованных судебных актов удельный вес апелляционных жалоб составил 95,8 % или 1 302 (в 2016 г. - 95,5 % или 1 352), апелляционных представлений – 4,2 % или 57 (в 2016 г. – 4,4 % или 63). Таким образом, число обращений прокуратуры в апелляционную инстанцию уменьшилось на 9,5 %.

В 2017 г. из суда кассационной инстанции на новое апелляционное рассмотрение дела не поступали (как и в 2016 г.).

Возвращено в суды районного звена без рассмотрения в связи с отзывом жалоб или представлений 53 апелляционных дела или 3,9 % от общего числа поступивших на апелляционное рассмотрение (в 2016 г. – 46 или 3,2 %).

Всего за отчетный период окончено производством 1 340 апелляционных дел, что на 0,7 % меньше, чем в 2016 г., когда было окончено 1 350 дел.

По результатам апелляционного рассмотрения уголовных дел и материалов судебной коллегией было вынесено 4 частных определения (постановления).

В 2017 г. дел и материалов, рассмотренных в апелляционном порядке с нарушением установленных процессуальных сроков, не имелось. В 2016 г. нарушений сроков также допущено не было.

В 2017 г. всего рассмотрено жалоб и представлений (по числу лиц) – 1 440, в 2016 г. – 1 435.

Доля рассмотренных жалоб и представлений (по числу лиц) на обвинительные приговоры составила 444 или 30,8 % от общего числа рассмотренных, на оправдательные – 2; на определения и постановления о прекращении дела – 4, о применении принудительных мер к невменяемым – 4, о возвращении дела прокурору – 31. Для сравнения, аналогичные показатели в 2016 г. составили соответственно: на обвинительные приговоры – 517 или 36 % от общего числа рассмотренных, оправдательные – 1; на определения и постановления о прекращении дела – 2, о применении принудительных мер к невменяемым – 0, о возвращении дела прокурору – 25.

По итогам 2017 года число дел, рассмотренных апелляционной инстанцией по другим жалобам и представлениям по сравнению с 2016 г., увеличилось и составило 802 (по числу лиц) или 55,7 % от общего числа оконченных (в 2016 г. – 751 или 52,3 %).

Доля рассмотренных в 2017 г. в апелляционном порядке жалоб и представлений на постановления судов первой инстанции по ходатайствам об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и продлении срока содержания под стражей относительно 2016 г. увеличилась и составила 10,6 % или 153 (в 2016г. – 9,7 % или 139).

Структура поступивших на апелляционное рассмотрение уголовных дел с приговорами и решениями о прекращении дел в 2017 г. (по числу лиц) несколько отличается от 2016 г. и представлена следующими категориями преступлений (всего – 454, в 2016 г. – 520):

– убийство и иные посягательства на жизнь человека – 29 или 6,4 % (в 2016 г. –34 или 6,5 %),

– умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью – 49 или 10,8 % (в 2016 г. – 66 или 12,7 %),

– посягательства против половой неприкосновенности и половой свободы личности – 13 или 2,9 % (в 2016 г. – 22 или 4,2%),

– кража – 106 или 23,3 % (в 2016 г. – 94 или 18,1 %),

– мошенничество, присвоение и растрата – 33 или 7,3 % (в 2016 г. – 39 или 7,5 %),

– грабеж – 18 или 4 % (в 2016 г. – 35 или 6,7 %),

– разбой – 13 или 2,9 % (в 2016 г. – 19 или 3,6 %),

– неправомерное завладение транспортным средством без цели хищения – 8 или 1,8 % (в 2016 г. – 8 или 1,5 %),

– незаконные действия по обороту наркотических средств и психотропных веществ – 76 или 16,7 % (в 2016 г. – 86 или 16,5 %),

– нарушение правил безопасности движения и эксплуатации транспорта – 40 или 8,8 % (в 2016 г. – 45 или 8,6 %),

– преступления против интересов службы в органах власти и местного самоуправления, а также против лиц, осуществляющих правосудие и предварительное расследование, других представителей власти – 21 или 4,6 % (в 2016 г. – 28 или 5,4 %).

Обвинительных приговоров, рассмотренных по первой инстанции судами районного звена, отменено в отношении 6 лиц или 1,4 % от общего числа обжалованных обвинительных приговоров (444). В 2016 г. отменено в отношении 23 лиц или 4,4 % от обжалованных обвинительных приговоров, вынесенных районными судами.

Структура судебных решений, принятых апелляционной инстанцией, по сравнению с 2016 г. претерпела изменения – 4 обвинительных приговора, постановленных судами районного звена, или 0,9% от общего числа обжалованных – отменены с направлением дела на новое судебное разбирательство, 1 – отменён с прекращением дела и 1 - с вынесением нового обвинительного приговора.

В 2016 г. 23 обвинительных приговора, постановленных судами районного звена, или 4,4 % от общего числа обжалованных, – отменены с направлением дела на новое судебное разбирательство.

В 2017 г. постановления о прекращении уголовных дел не отменялись, отменено 1 постановление о применении принудительных мер к невменяемым. В 2016 г. было отменено 2 постановления о прекращении уголовных дел.

В 2017 году в апелляционном порядке рассмотрено 2 оправдательных приговора в отношении 2 лиц (оставлены без изменения), в прошлом году 1 оправдательный приговор рассмотрен и оставлен без изменения.

Качество отправления правосудия к числу обжалованных в апелляционном порядке приговоров в 2017 г. по сравнению с 2016 г. улучшилось и составило 95 % (в 2016 г. – 89,6 %).

Стабильность судебных решений районных судов к числу оконченных дел в 2017 г. составила 99,4 % (в 2016 г. – 98,6 %).

Основными причинами отмены неправосудных приговоров (всего 6) в апелляционном порядке, как и ранее, являются:

- несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела – в отношении 1 лица (16,7 %) (в 2016 г. - в отношении 4 лиц или 17,4 %);

- существенные нарушения уголовно-процессуального закона – в отношении 5 лиц (83,3 %) (в 2016 г. - в отношении 18 лиц или 78,3 %);

- несправедливость приговора – по данному основанию приговоры не отменялись (в 2016 г. – не отменялись);

- неправильное применение уголовного закона – по данному основанию приговоры не отменялись (в 2016 г. - в отношении 1 лица или 4,3 %).

Кроме того, в 2017 г. было отменено постановлений о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ в отношении 20 лиц (в 2016 г. – в отношении 13 лиц).

При рассмотрении дела в судебном заседании судом должны быть приняты все предусмотренные законом меры для полного, всестороннего, непосредственного, тщательного исследования доказательств, должно быть проверено качество предварительного расследования и соблюдение требований УПК РФ при его производстве.

Однако эти требования закона не всегда выполняются судами надлежащим образом, что, как правило, влечет за собой отмену приговоров в апелляционном порядке.

Данную ситуацию можно проиллюстрировать следующими примерами.

Ввиду нарушения норм уголовно-процессуального закона был отменен с постановлением по делу нового обвинительного приговора приговор Октябрьского районного суда в отношении Дудорова Б.Д., осуждённого по ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ - к 8 годам лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний окончательно – к 11 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания.

Кроме того, по смыслу закона, выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, её части либо пункту должны быть мотивированы судом.

Однако данные требования судом не были выполнены.

Как усматривается из приговора, действия Дудорова Б.Д. квалифицированы по ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, при этом позиция суда в части наличия в действиях Дудорова Б.Д. квалифицирующих признаков (совершения покушения на сбыт наркотических средств с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, а также в крупном размере) не была мотивирована.

Кроме того, при назначении Дудорову Б.Д. наказания суд нарушил требования ч. 3 ст. 60 УК РФ, согласно которой при назначении наказания должны учитываться все смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства.

Однако, назначая наказание за каждое преступление с применением ст. 64 УК РФ и без учёта требований ч. 2 ст. 68 УК РФ, суд фактически не учёл иных смягчающих обстоятельств.

Судебная коллегия посчитала, что изложенные нарушения уголовно-процессуального закона могут быть устранены судом апелляционной инстанции, и в соответствии с требованиями ст. 389.23 УПК РФ постановила по делу новый обвинительный приговор.

Новым судебным решением Дудоров Б.Д. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, с назначением наказания: по ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ - к 6 годам 6 месяцам лишения свободы, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ - к 7 годам лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний окончательно назначено 8 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Ввиду существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона был отменен приговор Пачелмского районного суда в отношении Горшенина А.С., осуждённого по ч. 2 ст. 111 УК РФ.

Как следует из описательно-мотивировочной части приговора, суд в обоснование вывода о виновности Горшенина А.С. в причинении потерпевшему Т.Е.П. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни последнего, с применением предмета, используемого в качестве оружия, сослался на заключения судебно-медицинской и медико-криминалистической экспертиз, а также на показания в судебном заседании экспертов К.В.Н. и Л.И.А.

Между тем, выводы экспертиз и показания экспертов в судебном заседании о травмирующем предмете неоднозначны и противоречивы, данные противоречия суд не устранил.

Несмотря на указанное обстоятельство, суд пришел к однозначному выводу о причинении потерпевшему Т.Е.П. первого удара деревянной клюшкой, а не кулаком или каким-либо другим твёрдым тупым предметом.

Кроме того, судом не были устранены противоречия в показаниях свидетелей, допрошенных в судебном заседании.

Также в нарушение норм уголовно-процессуального закона в качестве доказательств вины Горшенина А.С. суд сослался на ряд документов, которые в ходе судебного следствия не оглашались и не исследовались.

Кроме того, в нарушение ст. 282 УПК РФ суд неверно произвел допрос экспертов судебном заседании, не огласив предварительно заключения проведенных ими экспертиз.

Также с нарушением требований ст. 284 УПК РФ судом производился и осмотр вещественных доказательств.

Кроме того, судом был нарушен принцип состязательности сторон, согласно которому функции обвинения, защиты и разрешения дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или должностное лицо.

В нарушение требований ч. 4 ст. 7 УПК РФ ряд ходатайств, заявленных как стороной обвинения, так и стороной защиты, был разрешен судом без приведения мотивировки принятых судом решений.

Кроме того, подписки о предупреждении потерпевшего и свидетелей об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, за отказ или уклонение от дачи показаний не были подписаны судьёй.

При таких обстоятельствах судебная коллегия отменила приговор суда с передачей уголовного дела на новое рассмотрение, поскольку изложенные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные судом в ходе уголовного судопроизводства, не могли быть устранены судом апелляционной инстанции.

Изменено в 2017 г. в апелляционном порядке обвинительных приговоров, рассмотренных по первой инстанции судами районного звена, в отношении 17 лиц, что составляет 3,8 % к числу обжалованных (444), с изменением квалификации со смягчением наказания – 3 или 17,6 %, без изменения квалификации со смягчением наказания – в отношении 14 лиц или 82,4 % (в 2016 г. изменено – 29 или 5,6 %, в том числе, с изменением квалификации со смягчением наказания – 5 или 17,2 %, без изменения квалификации со смягчением наказания – в отношении 20 лиц или 69%, без изменения квалификации с усилением наказания – в отношении 4 лиц или 13,8 %).

Основанием изменения приговоров явились (всего 17):

- несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела – в отношении 4 лиц (23,5 %) (в 2016 г.- в отношении 6 лиц или 20,7 %);

- существенные нарушения уголовно-процессуального закона – по данному основанию приговоры не изменялись (в 2016 г. – в отношении 1 лица или 3,4 %);

- неправильное применение уголовного закона – в отношении 12 лиц (70,6 %) (в 2016 г.- в отношении 17 лиц или 58,7 %);

- несправедливость приговора – в отношении 1 лица (5,9 %) (в 2016 г.- в отношении 5 лиц или 17,2 %).

Проиллюстрировать практику изменений приговоров можно следующими примерами.

Несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела явилось основанием для изменения приговора Нижнеломовского районного суда, которым Конченкова А.А., судимая, осуждена по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ с применением ч. 2 ст. 68 УК РФ к 8 годам 2 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Как следует из материалов дела, суд признал установленным, что после сбыта наркотика В.А.С. оставшееся вещество массой не менее 0,224 грамма, содержащее в своем составе наркотические средства– диацетилморфин (героин), ацетилкодеин, 6- моноацетилморфин, - Конченкова А.А. продолжала хранить по месту своего фактического проживания с целью дальнейшего незаконного сбыта.

Однако доказательства умысла на сбыт Конченковой А.А. данной массы наркотика отсутствуют, а её доводы о предназначении данной массы наркотика для личного потребления суд оставил без внимания.

При таких обстоятельствах незаконное хранение данного вида наркотика массой 0,224 грамма является не преступлением, а административным правонарушением.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия исключила указание о незаконном хранении Конченковой А.А. с целью сбыта вещества массой не менее 0,224 грамма и назначила наказание по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев.

В связи с неправильным применением норм уголовного закона при назначении наказания изменен приговор Земетчинского районного суда в отношении Мосягина С.Н, осуждённого по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 5 годам лишения свободы, ч. 2 ст. 314.1 УК РФ к 1 году лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний окончательно - к 5 годам 6 месяцам лишения свободы.

Судом при решении вопроса о назначении осуждённому наказания по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ необоснованно не были признаны в качестве смягчающих наказания обстоятельств полное признание осуждённым своей вины и раскаяние в содеянном. С учетом изложенного судебная коллегия смягчила Мосягину С.Н. наказание по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ до 11 месяцев лишения свободы, а также наказание по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - до 5 лет 5 месяцев лишения свободы. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Ввиду неправильного применения норм уголовного закона при назначении наказания изменен приговор Земетчинского районного суда, которым Поляков Р.В. осуждён по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года.

Судом при решении вопроса о назначении наказания не были признаны в качестве смягчающего наказания обстоятельства действия, направленные на заглаживание вреда, причинённого потерпевшему, указанные обстоятельства подтвердила сестра погибшего – У.Т.А., из показаний которой следует, что Поляков Р.В. добровольно перечислил деньги на похороны У.И.А., а его семья приняла на себя расходы по организации похорон и поминок.

С учетом изложенного и ввиду отсутствия отягчающих наказание обстоятельств судебная коллегия назначила Полякову Р.В. основное наказание по ч. 3 ст. 264 УК с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ - 1 год 10 месяцев лишения свободы.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

В связи с неправильным применением уголовного закона при назначении наказания изменен приговор Бессоновского районного суда в отношении Чудайкина Е.И., осуждённого по пп. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы.

Судом при назначении вида и размера наказания Чудайкину Е.И. было учтено отсутствие его раскаяния в содеянном и непринятие им мер к изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, что судебная коллегия не могла признать законным, поскольку в соответствии со ст. 51 Конституции РФ никто не обязан свидетельствовать против себя самого.

Кроме того, указанные основания не соответствуют положениям ст. 63 УК РФ об отягчающих наказание обстоятельствах, которая расширительному толкованию не подлежит.

С учетом изложенного, судебная коллегия исключила из описательно-мотивировочной части приговора указание о принятии во внимание при назначении наказания факта отсутствия раскаяния Чудайкина Е.И. в содеянном и непринятие им мер к изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления и с учётом состояния здоровья Чудайкина Е.И., наличия на иждивении малолетних детей и возмещения ОАО … «….» материального ущерба постановила назначенное наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 года на основании ст. 73 УК РФ.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

В связи с неправильным применением уголовного закона при назначении наказания изменен приговор Мокшанского районного суда, которым Степанова С.Н. осуждена по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 4 годам лишения свободы, ч. 2 ст. 325 УК РФ к 300 часам обязательных работ, на основании п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний, исходя из соответствия одному дню лишения свободы 8 часов обязательных работ, окончательно - к 4 годам 1 месяцу лишения свободы.

В соответствии с ч. 4 ст. 49 УК РФ обязательные работы не назначаются женщинам, имеющим детей в возрасте до 3 лет.

Как видно из материалов уголовного дела, у осуждённой Степановой С.Н. имеется малолетняя дочь, «…» года рождения.

С учётом изложенного, судебная коллегия назначила Степановой С.Н. по ч. 2 ст. 325 УК РФ наказание в виде штрафа в размере 10 000 рублей, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 162, ч. 2 ст. 325 УК РФ, путем полного сложения наказаний окончательно назначила 4 года лишения свободы со штрафом в размере 10 000 рублей.

В соответствии с ч. 2 ст. 71 УК РФ наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

В связи с неправильным применением уголовного закона был изменен приговор Ленинского районного суда в отношении Горбачева Д.М., осуждённого по ч. 3 ст. 159 УК РФ к штрафу в размере 100 000 рублей.

В соответствии с пунктом 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 года № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», действовавшего на момент апелляционного рассмотрения, под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, присвоения или растраты, следует понимать должностных лиц, обладающих признаками, предусмотренными примечанием 1 к ст. 285 УК РФ, государственных или муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, а также иных лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным примечанием 1 к ст. 201 УК РФ, согласно которым выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, а также в некоммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением, признаётся лицо, выполняющее функции единоличного исполнительного органа, члена совета директоров или иного коллегиального исполнительного органа, а также лицо, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в этих организациях.

Признавая Горбачева Д.М. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, суд в приговоре указал на то, что он совершил мошенничество с использованием своего служебного положения.

Излагая полномочия, которыми обладал Горбачев Д.М. как председатель общественной организации – первичной профсоюзной организации, входящей в состав дорожной территориальной организации общественной организации Российского профессионального союза железнодорожников и транспортных строителей на Куйбышевской железной дороге, суд оставил без внимания, что правовое значение для дела имеет лишь факт, когда обвиняемый вопреки интересам службы использует вытекающие из его служебных полномочий возможности для незаконного завладения чужим имуществом, а не сам по себе факт исполнения им управленческих функций.

Как следует из материалов дела, Горбачев Д.М. сам документы на поставку товара не составлял, стороной в договоре поставки не являлся и документы от имени должностного лица не подписывал.

При таких обстоятельствах, поскольку хищение денежных средств в данном случае было совершено не из организации, возглавляемой Горбачевым, и не в результате использования им в силу занимаемой должности организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций, судебная коллегия исключила из осуждения Горбачева квалифицирующий признак преступления - совершение мошенничества с использованием своего служебного положения, переквалифицировала действия Горбачева Д.М. с ч. 3 ст. 159 УК РФ на ч. 1 ст. 159 УК РФ и назначила ему наказание в виде штрафа в размере 50 000 рублей.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

В связи с неправильным применением уголовного закона при назначении наказания изменен приговор Мокшанского районного суда, постановленный в особом порядке судебного разбирательства, которым Удачин С.Б., судимый 14 августа 2009 года Мокшанским районным судом Пензенской области по ч. 4 ст. 111 УК РФ (с учетом пересмотра приговора постановлением Октябрьского районного суда г. Пензы от 25 января 2013 года) к 6 годам 5 месяцам лишения свободы, 22 сентября 2015 года освобождённый по отбытии срока наказания, - осуждён по ч. 1 ст. 109 УК РФ к 1 году 3 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Назначая наказание Удачину С.Б., суд в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, признал рецидив преступлений и применил положения ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Однако данное решение суда является ошибочным, поскольку совершенное Удачиным С.Б. преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 109 УК РФ, относится к категории неосторожных, тогда как в соответствии с ч. 1 ст. 18 УК РФ рецидивом преступлений признаётся совершение лишь умышленного преступления.

С учётом изложенного и при наличии в действиях Удачина С.Б. смягчающих наказание обстоятельств (полного признания вины, активного способствования раскрытию и расследованию преступления) судебная коллегия исключила из описательно-мотивировочной части приговора указание о наличии в действиях Удачина С.Б. отягчающего наказания обстоятельства - рецидива преступлений и назначила наказание по ч. 1 ст. 109 УК РФ с применением ч. 1, ч. 5 ст. 62 УК РФ в виде лишения свободы на срок 9 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Несправедливость приговора вследствие его чрезмерной суровости послужила основанием для изменения приговора Белинского районного суда, постановленного в особом порядке судебного разбирательства, которым Таишев В.Ш. осужден по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (за кражу у К.И.Ф.) к 1 году 7 месяцам лишения свободы, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (за кражу у Д.А.Н.) - к 1 году 7 месяцам лишения свободы, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (за кражу у К.Г.В.) - к 1 году 3 месяцам лишения свободы, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (за кражу у Ч.Г.Г.) - к 1 году 7 месяцам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно - к 2 годам 3 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Судом при решении вопроса о назначении осуждённому наказания не были в достаточной степени учтены обстоятельства, характеризующие личность осуждённого, а именно, тот факт, что Таишев В.Ш. имеет семью, по месту жительства характеризуется положительно, на иждивении у него находятся четверо малолетних детей.

С учетом изложенного, судебная коллегия, оценивая совокупность всех обстоятельств дела и данные, характеризующие личность Таишева В.Ш., его чистосердечное раскаяние в содеянном, признание своей вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, добровольное возмещение потерпевшим имущественного ущерба, причиненного в результате преступлений, постановила назначенное Таишеву В.Ш. в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательное наказание в виде 2 лет 3 месяцев лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 года на основании ст. 73 УК РФ, с возложением на осуждённого соответствующих обязанностей.

В остальной части приговор оставлен без изменения.