23 сентября 2016 года, 00:00  |  Аналитика

1. Общие положения

Разъяснения Верховного Суда Российской Федерации по вопросам возвращения уголовного дела прокурору сформулированы в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации:

- от 22.12.2009 N 28 (ред. от 03.03.2015) «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству»,

- от 05.12.2006 N 60 (ред. от 22.12.2015 года) «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел»,

- от 28.06.2012 N 16 «О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве»,

- от 05.03.2004 N 1 (ред. от 30.06.2015) «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»,

- от 07.04.2011 N 6 (ред. от 03.03.2015) «О практике применения судами принудительных мер медицинского характера»,

- от 16.10.2009 N 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий»,

- от 19.12.2013 N 41 (ред. от 24.05.2016) «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога».

Также разъяснения содержатся в Постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан».

2. Практика применения судами положений статьи 237 УПК РФ

Согласно статистическим данным в 2015 году для устранения препятствий рассмотрения районными, городскими судами было возвращено прокурору 74 уголовных дела в отношении 110 лиц, в 1 полугодии 2016 года - 27 уголовных дел в отношении 32 лиц.

Наиболее часто в указанный период прокурору возвращались уголовные дела о тяжких преступлениях и преступлениях средней тяжести.

В соответствии с ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если:

1) обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления;

2) копия обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления не была вручена обвиняемому, за исключением случаев, если суд признает законным и обоснованным решение прокурора, принятое им в порядке, установленном частью четвертой статьи 222 УПК РФ, в соответствии с которой если обвиняемый отказался от получения копии обвинительного заключения либо не явился по вызову или иным образом уклонился от получения копии обвинительного заключения, то прокурор направляет уголовное дело в суд с указанием причин, по которым копия обвинительного заключения не была вручена обвиняемому, или частью третьей статьи 226 УПК РФ;

3) есть необходимость составления обвинительного заключения или обвинительного акта по уголовному делу, направленному в суд с постановлением о применении принудительной меры медицинского характера;

4) имеются предусмотренные статьей 153 УПК РФ основания для соединения уголовных дел, за исключением случая, допускающего согласно ст. 239.2 УПК РФ возможность суда при наличии оснований, предусмотренных уголовно-процессуальным кодексом и возникших после поступления уголовного дела в суд по ходатайству стороны принять решение о соединении уголовных дел в одно производство;

5) при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела ему не были разъяснены права, предусмотренные частью пятой статьи 217 УПК РФ;

6) фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте, обвинительном постановлении, постановлении о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанных лиц как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния.

Федеральным законом от 04.03.2013 № 23-ФЗ в статью 237 УПК РФ введена часть 1.1, которой предусмотрено, что при наличии обстоятельств, указанных в статье 226.2 УК РФ, исключающих производство дознания в сокращенной форме, и части четвертой статьи 226.9 УПК РФ, предусматривающей прекращение производства дознания в сокращенной форме при поступлении возражений какой-либо из сторон против дальнейшего производства по уголовному делу, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для передачи его по подследственности и производства дознания в общем порядке.

Кроме того, ст. 237 УПК РФ дополнена ч. 1.2 (Федеральным законом от 26.04.2013 № 64-ФЗ), согласно которой судья по ходатайству стороны возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом в случаях, если:

1) после направления уголовного дела в суд наступили новые общественно опасные последствия инкриминируемого обвиняемому деяния, являющиеся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления;

2) ранее вынесенные по уголовному делу приговор, определение или постановление суда отменены в порядке, предусмотренном главой 49 УПК РФ, то есть ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, а послужившие основанием для их отмены новые или вновь открывшиеся обстоятельства являются в свою очередь основанием для предъявления обвиняемому обвинения в совершении более тяжкого преступления.

Федеральным законом от 21.07.2014 № 269-ФЗ введена часть 1.3, которая предусматривает, что при возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным пунктом 6 части первой статьи 237 УПК РФ, суд обязан указать обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния. При этом суд не вправе указывать статью Особенной части УК РФ, по которой деяние подлежит новой квалификации, а также делать выводы об оценке доказательств, о виновности обвиняемого, о совершении общественно опасного деяния лицом, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера.

В пункте 4 постановления Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 N 18-П разъяснено, что по смыслу пункта 1 части первой статьи 237 во взаимосвязи с пунктами 2 - 5 части первой той же статьи, а также со статьями 215, 220, 221, 225 и 226 УПК РФ, возвращение дела прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта может иметь место по ходатайству стороны или инициативе самого суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего, а также их представителей о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

При этом основанием для возвращения дела прокурору во всяком случае являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения.

Подобные нарушения в досудебном производстве требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют в том числе о несоответствии обвинительного заключения или обвинительного акта требованиям УПК РФ.

Целью такого вида судебного решения как возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ является устранение препятствий для рассмотрения дела судом.

По смыслу закона к таким препятствиям относятся существенные нарушения требований уголовно-процессуального закона, допущенные органом предварительного расследования, которые влекут признание незаконности производства по делу или незаконности привлечения лица в качестве обвиняемого, что приводит к невозможности рассмотрения уголовного дела по существу и принятия законного решения.

В большинстве случаев основаниями для возвращения судами г. Пензы и Пензенской области уголовных дел прокурору в 2015 году – 1 полугодии 2016 года являлись нарушения требований уголовно-процессуального закона, допущенные при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта, которые исключали возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта (п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ).

Возвращались уголовные дела прокурору в случаях, когда имелись предусмотренные статьей 153 УПК РФ основания для соединения уголовных дел или для передачи их по подследственности и производства дознания в общем порядке при наличии обстоятельств, указанных в ст. 226.2 и ч. 4 ст. 226.9 УПК РФ, а также в случаях, когда после направления уголовного дела в суд наступили новые общественно опасные последствия инкриминируемого обвиняемому деяния, являющиеся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления, то есть в соответствии с п. 1 ч. 1.2 ст. 237 УПК РФ.

Как показывает практика, уголовные дела были возвращены прокурору в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ в связи с тем, что органами предварительного расследования не в полной мере выполнялись положения статей 220 и 225 УПК РФ, в которых перечислены предусмотренные УПК РФ требования к обвинительному заключению и обвинительному акту.

Причем, значительная часть нарушений связана с невыполнением требований п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, согласно которому следователь должен указать в обвинительном заключении существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Так, в обвинительных заключениях не в полной мере указывалось, в чем конкретно выражались действия (бездействия) обвиняемого, неконкретно описывалось событие преступления в части места, времени, способа совершения преступления, не указывался характер и размер вреда, причиненного преступлением, отсутствовали ссылки на конкретные положения нормативных актов, должностных обязанностей, нарушение которых вменялось обвиняемому, поэтому данные обстоятельства служили основаниями для возвращения уголовных дел прокурору.

Например, постановлением Октябрьского районного суда г. Пензы от 14 июля 2015 года возвращено прокурору уголовное дело в отношении Галаховой Т.В., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ.

Суд указал, что содержащееся в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении предъявленное Галаховой Т.В. обвинение противоречиво в части периода совершения преступления, не содержит обязательных признаков состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, т.е. предложенной органом предварительного расследования квалификации преступления, поскольку в обвинении не конкретизирована занимаемая Галаховой Т.В. должность, ее обязанности, а соответственно, законность привлечения ее как должностного лица к административной ответственности, законные правовые основания, на которых ей было вверено имущество ЖСК, и соответственно, в чем заключалось используемое ею служебное положение.

Апелляционным постановлением областного суда от 19 августа 2015 года данное постановление оставлено без изменения.

Постановлением Неверкинского районного суда Пензенской области от 11 марта 2016 года возвращено прокурору уголовное дело в отношении Еклашкина Н.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ.

В своем постановлении суд указал, что обвинительное заключение по делу является неконкретным, то есть в нем отсутствует указание последствий преступления, что является нарушением требований УПК РФ, предъявляемым к обвинительному заключению, и исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Апелляционным постановлением областного суда от 1 июня 2016 года данное постановление оставлено без изменения.

Постановлением Ленинского районного суда г. Пензы от 16 марта 2015 года возвращено прокурору уголовное дело в отношении Карпухина А.Г., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ.

Суд мотивировал свое решение тем, что органом предварительного расследования Карпухин А.Г. обвинялся в том, что он присвоил и растратил, т.е. похитил чужое имущество, вверенное ему в особо крупном размере, однако объективная сторона обвинения не раскрыта.

Также не указаны даты и суммы, присвоенных Карпухиным А.Г. денежных средств, что является важным для установления состава длящегося преступления. Не указан способ присвоения денежных средств и расчет размера ущерба. Кроме того, объективная сторона преступного деяния не описана.

Установление объективной стороны преступления имеет значение для определения наличия или отсутствия состава вмененного преступления.

Районный суд, признав, что указанные нарушения требований уголовно-процессуального закона, допущенные органом предварительного следствия при составлении обвинительного заключения, являются существенными, возвратил уголовное дело на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Апелляционным постановлением областного суда от 13 мая 2015 года постановление оставлено без изменения.

Кроме того, судами возвращались уголовные дела прокурору для устранения препятствий их рассмотрения в случаях, когда в обвинительном заключении или акте имелись следующие нарушения:

– обвинение, изложенное в обвинительном заключении (акте), не соответствовало обвинению, изложенному в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого;

– обвинительное заключение (акт) не подписано следователем, дознавателем либо не утверждено прокурором;

– не указывалась формулировка предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за преступление;

– не указывался перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания.

Так, постановлением Железнодорожного районного суда г. Пензы от 19 февраля 2015 года было возвращено прокурору Железнодорожного района г. Пензы для устранения препятствий рассмотрения дела судом уголовное дело по обвинению Алексаняна П.Р., обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Согласно постановлению, Алексанян П.Р. органом предварительного следствия обвинялся в хищениях денежных средств, принадлежащих М. В.А. и Х., совершенных путем обмана и злоупотребления доверием под видом продажи потерпевшим квартир через ООО «…..».

Как следует из постановления о привлечении в качестве обвиняемого, эти два преступления были совершены Алексаняном П.Р. в силу занимаемой им с 1 марта 2011 года должности коммерческого директора ООО «……….» и в постановлении приведены его должностные обязанности. Однако в обвинительном заключении данное обстоятельство, имеющее непосредственное отношение к способу совершения преступления, не указано.

При наличии таких противоречий между постановлением о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительным заключением суд первой инстанции был поставлен органом предварительного расследования в условия альтернативного выбора фактических обстоятельств совершения Алексаняном П.Р. преступлений, что является недопустимым и противоречит требованиям уголовно-процессуального закона.

Кроме того, в обвинительном заключении были приведены некоторые доказательства без краткого изложения их содержания, что суд счел нарушением права обвиняемого на защиту.

Апелляционным постановлением от 15.04.2015 года постановление суда от 19.02.2015 года было оставлено без изменения.

Постановлением Спасского районного суда Пензенской области от 30 марта 2015 года было возвращено прокурору Спасского района Пензенской области уголовное дело в отношении Рахматова Е.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Необходимость возвращения дела прокурору суд мотивировал тем, что в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого и в обвинительным заключении заложены неразрешимые противоречия, что позволяет произвольно истолковывать механизм дорожно-транспортного происшествия, свидетельствует о неконкретности обвинения, нарушает право обвиняемого на защиту и исключает возможность принятия судебного решения на основе данного обвинительного заключения.

Апелляционным постановлением от 20.05.2015 года постановление суда от 30.03.2015 года было оставлено без изменения.

Постановлением Пензенского районного суда Пензенской области от 13 августа 2015 года уголовное дело в отношении Хорольской А.А. и Симагиной М.А., обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, возвращено прокурору.

Суд в постановлении указал, что прокурором при направлении уголовного дела в суд не в полной меры выполнены требования УПК РФ, поскольку имеющееся в уголовном деле обвинительное заключение им не утверждено, что исключает возможность рассмотрения уголовного дела на основании подобного обвинительного заключения.

За вышеназванный период трижды уголовные дела возвращались прокурору на основании п. 4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ в связи с наличием оснований, предусмотренных статьей 153 УПК РФ для соединения уголовных дел.

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ (в ред. от 04.07.2003 г., действовавшей до 14.07.2016 г.), судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору при наличии оснований для соединения уголовных дел только в том случае, если имеются препятствия для рассмотрения уголовного дела, которые возникли по вине следственных органов при расследовании уголовного дела.

Соединение в соответствии со ст. 153 УПК РФ уголовных дел в одном производстве является не обязанностью следственных органов, а их правом, реализуемым ими по своему усмотрению при наличии определенных обстоятельств.

Как правило, соединение дел вызвано необходимостью оперативного и всестороннего их рассмотрения, а также когда по уголовным делам существует вероятность, что их раздельное рассмотрение может отразиться на качестве следствия или привести к проблемам в процессе исследования доказательств.

Следует учитывать, что возвращение уголовного дела прокурору по причине наличия оснований для его соединения с другим делом возможно только при условии, что раздельное производство по этим делам создает препятствия для их рассмотрения. При этом суд должен указать, какие именно препятствия не позволяют рассмотреть уголовное дело по существу.

К сожалению, суды не всегда указывают в постановлении данные обстоятельства.

В качестве примера можно привести постановление Городищенского районного суда Пензенской области от 17 марта 2015 года, которым возвращено прокурору уголовное дело в отношении Цыгановой Л.А., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ.

В обоснование своего решения суд указал, что постановлением следователя в отношении Цыгановой Л.А. возбуждено еще одно уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, которое находится в производстве СО ОМВД России по Городищенскому району и по делу проводится предварительное расследование.

Изложенное указывает на наличие оснований для соединения уголовного дела в отношении Цыгановой Л.А. по ч. 1 ст. 187 УК РФ с уголовным делом по ч. 2 ст. 159 УК РФ.

Однако в постановлении суд не указал конкретные препятствия, которые не позволяли рассмотреть данное уголовное дело по существу.

Данное постановления в апелляционном порядке не обжаловалось.

Судами достаточно редко возвращались уголовные дела прокурору в соответствии с ч. 1.1 ст. 237 УПК РФ для передачи дела по подследственности и производства дознания в общем порядке при наличии обстоятельств, указанных в ст. 226.2 и ч. 4 ст. 226.9 УПК РФ.

За рассматриваемый период вынесено 2 постановления о возвращении уголовного дела прокурору по этому основанию в связи с наличием обстоятельств, указанных в ч. 4 ст. 226.9 УПК РФ.

Из положений ч. 4 ст. 226.9 УПК РФ следует, что при поступлении возражения какой-либо из сторон против дальнейшего производства по уголовному делу, дознание по которому производилось в сокращенной форме, с применением особого порядка судебного разбирательства, а равно по собственной инициативе в случае установления обстоятельств, препятствующих постановлению законного, обоснованного и справедливого приговора, в том числе при наличии достаточных оснований полагать самооговор подсудимого, судья выносит постановление о возвращении уголовного дела прокурору для передачи его по подследственности и производства дознания в общем порядке.

Постановлением Шемышейского районного суда Пензенской области от 10 декабря 2015 года возвращено прокурору уголовное дело в отношении Тренкиной Л.А., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 314.1 УК РФ.

Основанием для возвращения уголовного дела прокурору послужило то обстоятельство, что подсудимая не признала вину в совершении инкриминируемого ей преступления и не поддержала ранее заявленное ходатайство о проведении дознания в сокращенной форме, с применением особого порядка судебного разбирательства.

Данное уголовное дело возвращено прокурору в порядке, предусмотренном ч. 1.1 ст. 237 УПК РФ, для передачи его по подследственности и производства дознания в общем порядке.

Одно уголовное дело возвращено прокурору на основании п. 1 ч. 1.2 ст. 237 УПК РФ, согласно которого судья по ходатайству стороны возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом в случаях, если после направления уголовного дела в суд наступили новые общественно опасные последствия инкриминируемого обвиняемому деяния, являющиеся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления.

Ранее по данному основанию суд не вправе был возвращать дело прокурору, поскольку это повлекло бы ухудшение положения лица, привлекаемого к уголовной ответственности.

Необходимо отметить, что суд и в новой редакции УПК РФ не вправе по собственной инициативе инициировать и разрешать вопрос о возвращении дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1.2 ст. 237 УПК РФ для предъявления обвиняемому нового, более тяжкого обвинения. Только ходатайство одной из сторон является основанием для принятия подобного решения.

Постановлением Городищенского районного суда Пензенской области от 24 марта 2015 года возвращено прокурору уголовное дело в отношении Инина А.М., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ.

Судом было установлено, что Инин А.М. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, однако после направления уголовного дела в суд потерпевший умер.

Государственный обвинитель заявил ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в связи с наступлением новых общественно опасных последствий от действий подсудимого, которое было удовлетворено.

3. Апелляционная практика областного суда

В 2015 году апелляционной инстанцией Пензенского областного суда было рассмотрено 29 дел с постановлениями, вынесенными районными (городскими) судами области в отношении 46 лиц о возвращении уголовного дела прокурору. Из них 11 постановлений было отменено в отношении 26 лиц.

В 1 полугодии 2016 года апелляционной инстанцией рассмотрено 11 дел с постановлениями, вынесенными районными (городскими) судами в отношении 12 лиц о возвращении уголовного дела прокурору, из них 6 постановлений в отношении 7 лиц отменено, то есть практически отменяется каждое второе обжалуемое постановление.

Наиболее частой причиной отмены постановлений суда было то обстоятельство, что доводы, приведенные судом в обоснование принятого решения, фактически относились к оценке собранных по делу доказательств, которая могла быть изложена только в приговоре, а также то, что суды не указывали в постановлениях конкретные основания для возвращения дела прокурору, какие препятствия для рассмотрения дела имели место и каким образом изложенные судом обстоятельства могли повлиять на возможность постановления приговора или вынесения иного решения.

Например, постановлением Бессоновского районного суда Пензенской области от 24 февраля 2016 года, уголовное дело в отношении Хорликова Н.С., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, возвращено в порядке ст. 237 УПК РФ.

Как усматривалось из постановления суда, основанием к возвращению уголовного дела прокурору явились нарушения требований п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения, выразившиеся, по мнению суда, в том, что изложенное в нем существо обвинения в части места совершения преступления не конкретизировано и находится в противоречии с имеющимися в деле и представленными суду доказательствами обвинения (в частности, с протоколом проверки показаний подозреваемого Хорликова Н.С. на месте).

Однако суд апелляционной инстанции не согласился с данными выводами суда первой инстанции, т.к. из материалов настоящего уголовного дела следовало, что обвинительное заключение по обвинению Хорликова Н.С. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, составлено с соблюдением требований ст. 220 УПК РФ.

Ссылка суда, как на основание для возвращения дела прокурору, на имеющееся по его мнению противоречие, которое заключается в том, что указанное Хорликовым Н.С. при проверке в ходе следствия его показаний место совершения преступления не соответствует месту преступления, указанному в обвинительном заключении, фактически относится к оценке собранных по делу доказательств и не может служить поводом для возвращения уголовного дела прокурору, т.к. этот вывод сделан судом без исследования данного доказательства в судебном заседании и без обсуждения его допустимости и достоверности в совокупности с другими доказательствами по делу (в частности, с протоколом проверки показаний на месте свидетеля Д.А.Н.).

Таким образом, по мнению апелляционной инстанции, предусмотренные законом основания для возвращения в порядке ст. 237 УПК РФ прокурору уголовного дела в отношении Хорликова Н.С. отсутствовали. Суду надлежало рассмотреть настоящее уголовное дело в установленном уголовно-процессуальным законодательством порядке и вынести по нему итоговое решение с учетом фактических обстоятельств дела и на основании исследованных в судебном заседании доказательств.

Апелляционным постановлением от 6 апреля 2016 года постановление Бессоновского районного суда отменено.

29 октября 2015 года Железнодорожным районным судом г. Пензы было возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ уголовное дело в отношении Ломскова С.Н., Кириллова Ю.М., Горелова Д.С., обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 161 и п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, и Палкина Ю.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

При этом суд в постановлении указал, что органами предварительного следствия не установлены все обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела. В частности, по факту инкриминируемого подсудимым разбойного нападения в постановлениях о привлечении Ломскова С.Н., Кириллова Ю.М., Палкина Ю.В. и Горелова Д.С. в качестве обвиняемых и в обвинительном заключении отсутствует точное описание признаков ряда ювелирных изделий и не содержится подтвержденных объективных данных об их стоимости, что, по мнению суда, исключает возможность рассмотрения уголовного дела на основании данного обвинительного заключения, так как неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению точных пределов судебного разбирательства, ущемляет гарантированное подсудимым право знать, в чем они конкретно обвиняются и осуществлять свою защиту от предъявленного обвинения, учитывая при этом и то обстоятельство, что определение размера вреда существенно влияет на квалификацию действий подсудимых.

Однако, суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции о необходимости возвращения уголовного дела прокурору, поскольку обвинительное заключение не содержало нарушений, препятствующих рассмотрению уголовного дела и исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения. В обвинительном заключении были приведены все необходимые сведения, касающиеся существа предъявленного обвинения по п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, оно составлено с соблюдением ст. 220 УПК РФ, а доводы, приведенные судом в постановлении в обоснование принятого решения, фактически относятся к оценке собранных по делу доказательств, не свидетельствуют о наличии нарушений УПК РФ, препятствующих рассмотрению дела, и не могут служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Апелляционным постановлением от 23 декабря 2015 года постановление Железнодорожного районного суда г. Пензы отменено.

Постановлением Башмаковского районного суда Пензенской области от 19 марта 2015 года уголовное дело по обвинению Туркина С.А. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Возвращая уголовное дело прокурору, суд сослался на то, что обвинительное заключение составлено с нарушениями требований УПК РФ, не устранимыми в судебном производстве, а именно: не указано, какие конкретно повреждения были причинены строению сеновала и тем самым не выполнены требования закона об указании характера и размера причиненного ущерба; конкретные обстоятельства дела вызывают необходимость указания в обвинении конкретных элементов строения, поврежденных пожаром, и размера вреда, причиненного повреждением каждого из его элементов. Следователь также исходил из того, что СПК «…….» является собственником строения как недвижимого имущества, в то время как потерпевший не является его собственником как объекта недвижимого имущества; указанные в обвинении формулировки о возможности распространения огня на другие объекты, технику, горюче-смазочные материалы, скот носят неконкретный и декларативный характер, не позволяющий определить, на какие объекты, какую технику, какие ГСМ и скот не исключалось распространение огня, их наименование, количество, объем, идентифицирующие признаки, их принадлежность и местоположение относительно места пожара; названное в обвинительном заключении «строение сеновала» является неконкретным и не позволяющим определить объект и идентифицировать его, в обвинении должны быть указаны площадь, объем здания, его назначение, отнесение его к движимому или недвижимому имуществу, при отнесении к недвижимому имуществу – нахождение на конкретном земельном участке и почтовый адрес.

Кроме того, судья, проанализировав договор от 1 сентября 2010 года, показания представителя потерпевшего и заключение экспертов, высказал предположение, что при вынесении итогового решения суд может прийти к выводу о том, что сделка от 1 сентября 2010 года по продаже строительных материалов является ничтожной по основанию ее притворности и прикрытия этой притворной сделкой договора купли-продажи недвижимого имущества, и по этим основаниям суд может признать сделку купли-продажи незаключенной и права собственности как на объект недвижимости, так и на строительные материалы, из которых он состоял на 1 сентября 2010 года у потерпевшего не возникшими.

Самостоятельным основанием для возврата дела прокурору суд признал также несоответствие листов дела, указанных при изложении доказательств в обвинительном заключении, листам дела их фактического нахождения в томе дела, а также не приведение содержания показаний свидетеля.

Однако, судебная коллегия апелляционной инстанции посчитала, что изложенные в постановлении суда первой инстанции обстоятельства в обоснование принятого им решения о возвращении дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ нельзя признать исключающими возможность постановления судом приговора или иного решения, и они не свидетельствуют о составлении обвинительного заключения с нарушением требований ст. 220 УПК РФ.

В постановлении о привлечении Туркина С.А. в качестве обвиняемого, а также в обвинительном заключении по делу имелось подробное описание преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, с указанием даты, времени, места, способа и других обстоятельств совершения преступления.

Вопреки выводам суда первой инстанции, в обвинительном заключении указаны характер и размер причиненного ущерба.

Суд не учел, что следователь в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, в том числе выносить в соответствии со ст. 171 УПК РФ постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого, и возвращая уголовное дело прокурору, в нарушение требований ст. ст. 15, 29 УПК РФ, фактически указал, в каком виде должно быть сформулировано обвинение с учетом исследованных в суде доказательств, что является недопустимым.

Учитывая, что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, сформулирована с достаточной полнотой, судебная коллегия сочла необоснованными доводы суда о том, что в обвинении должны быть указаны конкретные элементы строения, поврежденные пожаром, и размер вреда, причиненного повреждением каждого из его элементов; площадь и объем здания (сеновала), его назначение, отнесение его к движимому или недвижимому имуществу, при отнесении к недвижимому имуществу – нахождение на конкретном земельном участке и почтовый адрес; наименование, количество, объем, идентифицирующие признаки, принадлежность и местоположение относительно места пожара объектов, техники, ГСМ и скота, на которые не исключалось распространение огня.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению, в связи с чем суд обязан был рассмотреть уголовное дело в пределах предъявленного Туркину С.А. обвинения и с учетом исследованных в суде доказательств в совещательной комнате при постановлении приговора разрешить вопросы, указанные в ст. 299 УПК РФ.

В нарушение данных требований УПК РФ судья, проанализировав договор от 1 сентября 2010 года, показания представителя потерпевшего и заключение экспертов, до удаления для вынесения приговора в совещательную комнату, высказал предположение о том, что при вынесении итогового решения суд может прийти к выводу о ничтожности сделки от 1 сентября 2010 года.

То обстоятельство, что в обвинительном заключении после приведения некоторых доказательств неправильно указаны листы дела, на которых содержатся эти доказательства, а при изложении показаний свидетеля неправильно указана его фамилия, не относится к нарушениям УПК РФ, исключающим возможность постановления судом приговора или иного решения на основе данного заключения.

При таких обстоятельствах апелляционным постановлением от 13 мая 2015 года постановление Башмаковского районного суда отменено.

Постановлением Нижнеломовского районного суда Пензенской области от 19 марта 2015 года уголовное дело по обвинению Комратова А.И. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Суд, принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору, указал, что в описании преступного деяния не указаны все телесные повреждения, полученные потерпевшим, чем нарушена ч. 1 ст. 220 УПК РФ. Кроме того, при описании объективной стороны деяния в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении отсутствует указание на комплексный характер получения потерпевшим травмы головы, при этом данное обстоятельство является определяющим для тяжести вреда и, как следствие, квалификации содеянного.

Судебная коллегия нашла постановление суда подлежащим отмене, поскольку, возвращая уголовное дело прокурору, суд первой инстанции не указал конкретные нарушения УПК РФ, допущенные в ходе предварительного следствия, послужившие основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Как усматривалось из материалов уголовного дела, обвинительное заключение составлено с соблюдением требований ст. 220 УПК РФ, в нем указаны данные о лице, привлекаемом к уголовной ответственности, изложено существо обвинения, место и время совершения преступления, его способ, мотивы, цель и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, перечень доказательств, подтверждающих обвинение, составлен список лиц, подлежащих вызову в суд. Каких-либо неясностей, препятствующих рассмотрению дела по существу, изложенные в обвинительном заключении сведения, по мнению суда апелляционной инстанции, не содержат.

Кроме того, суд, возвращая дело прокурору, в своем постановлении сослался на имеющиеся в деле доказательства – заключения экспертов, которые фактически в судебном заседании не исследовались.

При таких обстоятельствах возвращение уголовного дела прокурору суд апелляционной инстанции счел преждевременным, а судебное решение подлежащим отмене.

Апелляционным постановлением от 6 мая 2015 года постановление Нижнеломовского районного суда Пензенской области отменено.

Постановлением Железнодорожного районного суда г. Пензы от 25 февраля 2015 года уголовное дело по обвинению Бабаева Х.А., Иванова В.Г, Феоктистова С.А. в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 – ч. 2 ст. 228 УК РФ, Корнева С.А. в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 - ч. 2 ст. 228 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В ходе судебного разбирательства судья по собственной инициативе возвратил уголовное дело прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Судебная коллегия установила, что по данному делу обвинительное заключение в отношении Бабаева Х.А., Иванова В.Г., Корнева С.А. и Феоктистова С.А. составлено в соответствии с требованиями УПК РФ, все необходимые и значимые элементы обвинения следователем приведены, поэтому выводы судьи о неконкретности предъявленного обвинения несостоятельны.

Утверждение судьи, что органы следствия положили в основу обвинения Иванова В.Г. и Бабаева Х.А. новые установленные в ходе предварительного следствия обстоятельства совершения в августе-сентябре 2013 года преступления при участии Б.А.Г. и дали переоценку фактам, ранее установленным приговором Сердобского городского суда Пензенской области от 13.11.2013 года, тем самым, нарушив требования ст. 90 УПК РФ, не может являться основанием к возвращению дела прокурору.

Указанное относится к предмету доказывания, основано на неверной трактовке судьёй положений ст. 90 УПК РФ и является по существу оценкой доказательств, что недопустимо на данной стадии уголовного судопроизводства и не может служить основанием для возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Апелляционным постановлением от 8 апреля 2015 года постановление Железнодорожного районного суда г. Пензы отменено.

Постановлением Бессоновского районного суда Пензенской области от 24 февраля 2016 года уголовное дело в отношении Удалова А.С., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, допущенным при составлении обвинительного заключения.

Судебная коллегия установила, что по данному делу обвинительное заключение в отношении Удалова А.С. составлено в соответствии с требованиями УПК РФ, все необходимые и значимые элементы обвинения следователем приведены, поэтому выводы судьи о неконкретности предъявленного обвинения и его несоответствии требованиям закона несостоятельны.

Утверждение судьи, что обвинительное заключение в отношении Удалова А.С. в нарушение п.3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ находится в противоречии с имеющимися в деле и представленными суду доказательствами обвинения, не может являться основанием к возвращению дела прокурору.

Указанное относится к предмету доказывания, и является по существу оценкой доказательств, что недопустимо на данной стадии судебного разбирательства и не может служить основанием для возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Кроме того, апелляционная инстанция признала, что ряд указаний, изложенных в постановлении районного суда, суд мог устранить самостоятельно, без направления дела прокурору.

При таких обстоятельствах постановление судьи о возвращении дела прокурору признано незаконным и отменено апелляционным постановлением от 6 апреля 2016 года.

Апелляционной инстанцией по аналогичным основаниям отменены судебные решения о возвращении дел прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, вынесенные:

- Железнодорожным районным судом г. Пензы в отношении Дунчева В.А., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ;

- Первомайским районным судом г. Пензы в отношении Павловой Л.М., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ;

- Октябрьским районным судом г. Пензы в отношении Сорокина А.М., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, ч.1 ст.30 п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, ч.3 ст.30 п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, ч.1 ст.30 п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, ч.2 ст.174.1 УК РФ; Мезяева Я.Ю., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, ч.1 ст.30 п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ; Саенко М.А., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ;

- Иссинским районным судом Пензенской области в отношении Борисова К.П. и Цыбаева Н.П., обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ; в отношении Трифилова Д.С., Хрипунова А.П., Кашкина В.О. в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ;

- Спасским районного суда Пензенской области от 13 января 2016 года уголовное дело в отношении Любишкина В.В., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «б, в» ч. 2 ст. 158, ч. 3 ст. 30 п. «б» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 158, п. «б» ч. 2 ст. 158, п. «б» ч. 2 ст. 158, ч. 3ст. 30 п. «б» ч. 2 ст. 158, п.п. «а, б» ч. 2 ст. 158 УК РФ; Конушкина В.А., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

В течение проанализированного периода дважды отменялись постановления судей о возвращении уголовных дел прокурору на основании п. 4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ (в ред. от 04.07.2003 г., действовавшей до 14.07.2016 г.) для их соединения с другими уголовными делами.

Так, постановлением Октябрьского районного суда г. Пензы от 18 марта 2015 года уголовное дело в отношении Бочкарева В.В., Мурашкина Е.С., Баргова А.А., Лазебнова Д.В. и Дадонова С.В., обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Судебная коллегия установила, что суд, удовлетворяя ходатайство обвиняемого Бочкарева В.В. о возвращении дела прокурору, мотивировал свое решение тем, что имеются основания, предусмотренные ст. 153 УПК РФ, для соединения настоящего уголовного дела с уголовными делами в отношении Бочкарева В.В., возбужденными СО ММО МВД России «Краснослободский» МВД по Республике Мордовия и отделением №2 ОД УМВД России по г.Саранску, и с уголовным делом в отношении Баргова А.А., возбужденным ОМВД России по району Преображенское г. Москвы.

Однако суд не учел, что согласно п. 4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору при наличии оснований для соединения уголовных дел только в том случае, если имеются препятствия для рассмотрения уголовного дела, которые возникли по вине следственных органов при расследовании уголовного дела.

Районный суд, расценив несоединение следователем в одном производстве уголовных дел как существенное, неустранимое в ходе судебного разбирательства обстоятельство, исключающее возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе имеющегося в деле обвинительного заключения, не указал в постановлении, какие именно препятствия не позволяют рассмотреть настоящее уголовное дело по существу.

Вместе с тем, соединение в соответствии со ст. 153 УПК РФ уголовных дел в одном производстве в отношении, в том числе одного лица, совершившего несколько преступлений, является не обязанностью следственных органов, а их правом, реализуемым ими по своему усмотрению при наличии определенных обстоятельств.

В данном случае то обстоятельство, что имеются другие уголовные дела в отношении Бочкарева в Республике Мордовия и в отношении Баргова в г.Москве, находящиеся на стадии предварительного следствия и дознания, не может быть препятствием для рассмотрения настоящего уголовного дела в отношении Бочкарева В.В., Мурашкина Е.С., Баргова А.А., Лазебнова Д.В. и Дадонова С.В. в Октябрьском районном суде г. Пензы, поскольку данные уголовные дела никак не связаны между собой.

Кроме того, возвращение уголовного дела прокурору влечет необоснованное затягивание разрешения дела по существу, что ведет к нарушению прав обвиняемых Мурашкина Е.С., Лазебнова Д.В., содержащихся под стражей, и Дадонова С.В., находящегося под подпиской о невыезде и надлежащем поведении, на своевременное рассмотрение дела судом.

Апелляционным постановлением от 6 мая 2015 года постановление Октябрьского районного суда г. Пензы отменено.

Имелись случаи несоблюдения судом процедуры проведения предварительного слушания при решении вопроса о возвращении дела прокурору.

Постановлением Ленинского районного суда г. Пензы от 17 августа 2015 года уголовное дело в отношении Скобликова В.В., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом ввиду составления обвинительного заключения с нарушениями требований УПК РФ.

Судебная коллегия установила, что постановлением судьи от 4 августа 2015 года по делу назначено предварительное слушание на основании п. 2 ч. 2 ст. 229 УПК РФ.

В ходе предварительного слушания по инициативе суда на обсуждение участников процесса председательствующим поставлен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения существенных нарушений требований ст. ст. 171, 220 УПК РФ, не устранимых в судебном разбирательстве и исключающих возможность постановления судом законного и обоснованного приговора или вынесения иного решения наосновании данного заключения.

При этом при разрешении поставленного вопроса до сторон не доводилось, какие именно существенные нарушения требований УПК РФ, не устранимые в судебном заседании, были допущены органом следствия.

Постановлением судьи по итогам предварительного слушания принято решение о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, выразившиеся в том, что в обвинительном заключении при его изложении следователь ограничился обобщенными формулировками, не конкретизировав способ совершения инкриминируемых преступлений. Так, из обвинительного заключения не ясно, в чем заключался обман обвиняемым потерпевших по каждому эпизоду преступной деятельности, какие именно обязательства и на основании чего были приняты Скобликовым В.В. на себя в целях введения потерпевших в заблуждение и не исполнены им. Кроме того, в обвинении не указаны время, место и способ изъятия обвиняемым денежных средств у потерпевшей К. и обращения их в свою пользу, а также когда и как Скобликов В.В. завладел, получил возможность распоряжаться денежными средствами потерпевших П. С.А., Г. Т.В., М.Н.С., предназначенными для передачи ему в качестве первоначального взноса; допущены противоречивые формулировки относительно времени совершения преступлений в отношении имущества потерпевших П.С.А. и Г.Т.В.; потерпевшие К.Т.А., и М.Н.С. не были уведомлены в установленном законном порядке об окончании следственных действий.

Однако, как видно из протокола судебного заседания, во время проведения предварительного слушания отмеченные в постановлении основания для возращения дела прокурору, не обсуждались сторонами, не исследовались ими, участники процесса не высказывали по ним свое мнение.

В связи с этим судебная коллегия апелляционной инстанции пришла к выводу, что при решении вопроса о возвращении дела прокурору не была соблюдена процедура проведения предварительного слушания, фактически решение принято судьей единолично без участия и выяснения мнения сторон по разрешаемым вопросам.

При таких обстоятельствах принятое по делу решение признано незаконным и отменено апелляционным постановлением от 7 октября 2015 года.

4. Кассационная практика

Постановления судей, вынесенные в порядке ст. 237 УПК РФ, неоднократно отменялись и в кассационном порядке.

Так, постановлением президиума Пензенского областного суда было отменено с направлением уголовного дела для рассмотрения по существу постановление мирового судьи судебного участка № 7 Октябрьского района г. Пензы от 12 мая 2015 года о возвращении прокурору уголовного дела в отношении Стогова Э.В., обвиняемого по ч. 1 ст. 158 УК РФ.

Возвращая уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, мировой судья сослался на отсутствие в обвинительном акте указания места совершения Стоговым Э.В. преступления, которым, по мнению мирового судьи, является адрес отделения банка ПАО «….», где потерпевшим Ж.И.В. была открыта банковская карта, со счета которой осуществлялось хищение денежных средств, а также указание в обвинительном акте при описании событий преступления несуществующего периода его совершения с 21.00 часов 22 февраля 2015 года до 08.00 часов 22 февраля 2015 года.

Однако данный вывод суда президиум посчитал противоречащим материалам уголовного дела.

В обвинительном акте указаны места, в которых с банковской карты потерпевшего Стоговым Э.В. лично и с помощью М.А.С. снимались денежные средства.

Поскольку никаких действий в месте открытия счета банковской карты Стогов Э.В. не совершал, снятие денежных средств со счета банковской карты, принадлежащей Ж.И.В., осуществлялось посредством банкомата, оснований для установления места открытия счета банковской карты и указания адреса банка у дознавателя не имелось и это не вызывалось необходимостью.

Техническая ошибка в обвинительном акте в части описания периода совершения преступления (с 21.00 часов 22 февраля 2015 года до 08.00 часов 22 февраля 2015 года) могла быть устранена судом при рассмотрении дела по существу.

Постановлением и.о. мирового судьи судебного участка № 8 Октябрьского района г. Пензы от 8 октября 2015 года уголовное дело в отношении Семячкина Р.А., обвиняемого по ст. 319 УК РФ, возвращено прокурору Октябрьского района г. Пензы.

Президиум отменил данное постановление, указав следующее.

Основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ послужило то обстоятельство, что в обвинительном заключении местом совершения Семячкиным Р.А. преступления указана камера для административно задержанных дежурной части отдела полиции № 2 УМВД России по г. Пензе, расположенного по адресу: ….., однако, по мнению мирового судьи, при наличии в дежурной части четырех комнат для административно задержанных лиц следовало указать, в какой именно из этих комнат находился Семячкин Р.А. в момент совершения преступления.

Вместе с тем, принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору из-за неконкретности предъявленного обвинения, мировой судья не учел, что все четыре камеры для административно задержанных лиц в отделе полиции № 2 УМВД России по г. Пензе не имеют идентификационных номеров, все они расположены непосредственно в помещении дежурной части отдела полиции, где, как указано в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении, совершено Семячкиным Р.А. преступление.

В кассационном порядке 15.09.2016 года было отменено постановление мирового судьи судебного участка в границах Камешкирского района Пензенской области от 30 июня 2016 года, которым уголовное дело в отношении Кадышева Н.Р., обвиняемого по ч. 1 ст. 116 УК РФ, было возвращено прокурору Камешкирского района Пензенской области для устранения препятствий рассмотрения дела судом.

Кадышев Н.Р. обвинялся органами дознания в том, что 3 августа 2015 года в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, умышленно нанес несовершеннолетнему Б.В.А., ……… года рождения, один удар кулаком левой руки в область верхней челюсти, причинив потерпевшему телесные повреждения, не повлекшие вреда здоровью.

Возвращая уголовное дело прокурору, мировой судья исходил из того, что отсутствие заявления несовершеннолетнего потерпевшего Б.В.А. или его законного представителя о возбуждении уголовного дела и привлечении Кадышева Н.Р. к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 116 УК РФ является препятствием для рассмотрения дела в суде.

Президиум Пензенского областного суда указал, что данный вывод мирового судьи является ошибочным.

В соответствии с ч. 4 ст. 20 УПК РФ (в редакции Федерального Закона от 2 декабря 2008 года № 226-ФЗ) дознаватель с согласия прокурора возбуждает уголовное дело о любом преступлении, указанном в частях второй и третьей настоящей статьи, и при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя, если данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы.

Как видно из материалов дела, потерпевший Б.В.А. на момент возбуждения уголовного дела являлся несовершеннолетним, то есть лицом, которое в силу возраста не может защищать свои права и законные интересы, в связи с чем уголовное дело было обоснованно возбуждено на основании ч. 4 ст. 20 УПК РФ дознавателем с согласия и.о. прокурора Камешкирского района Пензенской области по факту нанесения 03.08.2015 года побоев несовершеннолетнему Б.В.А. с указанием условий возбуждения уголовного дела.

Другим основанием для возвращения дела прокурору мировой судья признал ссылку в обвинительном акте на недопустимые заключения судебно-медицинских экспертов № 3920 от 11 сентября 2015 года и № 2804 от 5 ноября 2015 года при описании преступления.

При этом мировым судьей не было принято во внимание то, что в качестве доказательства в обвинительном акте приведено заключение повторной судебно-медицинской экспертизы №56-к от 1 апреля 2016 года, в котором указаны аналогичные телесные повреждения у потерпевшего Б.В.А., что и в обвинительном акте при описании преступления.

При таких обстоятельствах президиум Пензенского областного суда признал постановление мирового судьи незаконным и необоснованным, так как указанные в нем основания для возвращения уголовного дела прокурору не являются нарушениями при составлении обвинительного акта, препятствующими рассмотрению дела судом.

Необоснованное возвращение уголовных дел прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ продолжает иметь место и во втором полугодии 2016 года. Так, только в 1 половине сентября текущего года дважды отменялись постановления судов.

При предъявлении обвинения Развозжаеву А.А., Салушкину Д.М., Гришину Е.А. по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ, органы предварительного расследования подробно указали и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, и в обвинительном заключении, каким образом, предварительно договорившись о совершении грабежа – открытого хищения сотового телефона из торгового павильона, обвиняемые распределили роли между собой, установив, что должен делать каждый из них в ходе совершения преступления, а затем, какие именно действия совершал каждый из обвиняемый.

Несмотря на это, суд возвратил уголовное дело прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, указав в постановлении, что органы предварительного следствия, полагая, что подсудимые являются соисполнителями вмененного преступления, в обвинительном заключении не конкретизировали действия подсудимых, как соисполнителей.

Апелляционным постановлением было отменено данное решение суда.

Постановлением Кузнецкого районного суда Пензенской области от 27 июля 2016 года уголовное дело по обвинению Ахметжанова К.Ф. по п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ было возвращено Сызранскому транспортному прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

При этом суд сослался на допущенные нарушения п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения, выразившиеся в том, что в нем не было указано время совершения преступления в течение календарных суток, а также в описании преступного деяния отсутствует указание стоимости каждой единицы похищенного имущества.

Исследовав материалы дела и обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что обвинительное заключение составлено с соблюдением требований ст. 220 УПК РФ. В нем указан период времени, в течение которого была совершена кража, а также сумма причиненного ущерба исходя из общего размера, которая не оспаривается обвиняемым. Кроме того, судебная коллегия указала в постановлении, что принятое судом решение является преждевременным, поскольку суд первой инстанции возвратил дело без исследования всех фактических обстоятельств и доказательств, представленных стороной обвинения.

Апелляционным постановлением от 14.09.2016 года было отменено названное постановление суда.

5. Заключительные положения

Безусловно при наличии допущенных органами предварительного следствия неустранимых нарушений уголовно-процессуального закона, которые препятствуют вынесению итогового судебного решения по существу предъявленного обвинения, дело следует возвратить прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Однако, при этом решение суда должно быть взвешенным, продуманным, основания возвращения – объективными, вынесенное постановление - законным, поскольку необоснованное возвращение уголовного дела прокурору влечет не только нарушение прав сторон на рассмотрение дела в разумный срок, но и, как правило, после возвращения дела в суд рассматривать его становится тяжелее, поскольку к уже допущенным добавляются другие ошибки.